Спутники помогут поймать браконьеров в Африке: как это работает
В июле 2026 года у берегов Габона патрульный катер перехватил три траулера в заповеднике Гран-Сюд — одной из крупнейших морских охраняемых зон Западной и Центральной Африки, где промышленный траловый лов запрещён. Ни у одного судна не было лицензии. Патруль вышел на них благодаря данным некоммерческой организации Global Fishing Watch, которая анализирует спутниковые снимки. Об этом рассказывает сайт Phys.org.
Большинство случаев незаконного лова остаются незамеченными. В 2024 году исследователи Global Fishing Watch установили, что от 72% до 76% мировых промышленных рыболовных судов не появляются в открытых системах слежения. Большая часть такой активности сосредоточена у берегов Южной и Юго-Восточной Азии и Африки. Африка имеет около 30 500 км береговой линии, разделённой между 38 прибрежными государствами, а незаконный лов обходится экономикам континента в 11–13 млрд долларов в год.
Причина, по которой браконьерство продолжается, проста: суда сами передают свои координаты через автоматическую идентификационную систему, предназначенную для предотвращения столкновений. Экипаж, который не хочет быть замеченным, просто отключает транспондер. Африканские правительства по-прежнему полагаются на эту систему самоотчёта, хотя в июне 2026 года на конференции Our Ocean в Момбасе 15 государств подписали декларацию о раскрытии информации о владельцах рыболовных судов и их маршрутах. Семь из них — африканские, включая Сомали.
Аспирант Университета Флориды и его научный руководитель Норман Фиц-Кой разработали альтернативную систему слежения для Сомалийской котловины — богатейшего района тунца в западной части Индийского океана, который почти не патрулируется. Они смоделировали группировку из 24 спутников, наклонённых к экватору под углом 20 градусов. Такая орбита позволяет возвращаться над районом примерно каждые 1,1 часа, тогда как полярные спутники — лишь раз в 3,4 часа. Спутники, «прижимающиеся» к экватору, видят акваторию в три раза чаще.
Система должна решать две задачи: обнаруживать судно и опознавать его. Радар видит яркую точку, но чтобы отличить лицензированный траулер от 7-метровой лодки, нужен снимок с разрешением менее метра. Поэтому широкий сенсор находит кандидатов, а острый наводится на них — решение принимается на орбите за секунды. Радар требует много энергии: спутник массой 100 кг может снимать около 4,5 минут за виток, а остальные 90 минут заряжается. За это время накапливается примерно 690 ГБ данных, но наземные станции — итальянский центр Брольо в Малинди и антенны Южно-Африканского космического агентства в Хартебистхуке — могут принять лишь 120–360 ГБ. Поэтому спутник должен сам сортировать снимки и отправлять только те, где есть судно.
Стоимость системы — около 347 млн долларов за пять лет, или примерно 25 долларов за каждое подтверждённое обнаружение. На фоне ежегодных потерь в 11 млрд долларов это не препятствие. Сложнее — заставить правительства действовать. Индонезия, Перу, Чили и Коста-Рика уже публикуют свои данные о движении судов. В Восточной Африке с 2012 года действует целевая группа FISH-i Africa из восьми государств, включая Сомали и Кению: она провела более 35 расследований, выявила суда с поддельными лицензиями и добилась штрафов.
Если разделить 69 млн долларов в год между восемью странами FISH-i Africa, каждая получит около 9 млн долларов за непрерывное наблюдение за общими водами. Исследователи также рассмотрели шесть стратегий использования космических и воздушных систем для морской безопасности Африки. Пять — обычные инженерные решения. Шестую, с лазерами для вывода из строя двигателей пиратских судов, отвергли из-за физических ограничений.
Самое неожиданное открытие — система ломается не на камерах, а на судах. Обнаруженное и опознанное судно всё равно нужно перехватить, поднять на борт, предъявить обвинение и провести суд. В Габоне патруль был лишь половиной истории: владелец траулеров позже урегулировал вопрос с властями, и для этого понадобились инспекторы, прокуроры и правовые основания для досмотра иностранного судна. Африка может построить «глаза» — орбита понятна, сенсоры существуют, цена скромна. Но увидеть нарушителей — это инженерная задача с ответом. Что будет дальше — вопрос посложнее.
